© 2026 г. А.С. Бонфанти1,4,*, Н. Еранян2,**, А.Н. Новикова3,***, А. Погосян2,****, Р. Дан4,*****
1Институт изучения древнего мира, Нью-Йорк, США
2Музей истории Армении, Ереван, Республика Армения
3Государственный Эрмитаж, Санкт-Петербург, Россия
4Международная ассоциация средиземноморских и востоковедческих исследований, Рим, Италия
*E-mail: as.bonfanti3@gmail.com
**E-mail: nzhdehyan@gmail.com
***E-mail: antique2@yandex.ru
****E-mail: astghpoghosyan@yahoo.com
*****E-mail: roberto_dan@hotmail.it
Ключевые слова: урартская царская власть, бронзовые чаши с надписями, Кармир-Блур/ Тейшебаини/Тейшеба УРУ1, царская идеология и иконография, конец Урарту
Одна из наиболее выдающихся коллекций урартских царских артефактов – 97 бронзовых чаш с именами царей. Эти найденные на холме Кармир-Блур чаши сейчас хранятся в фондах армянских и российских музеев: в Музее истории Армении, Историко-археологическом музее-заповеднике «Эребуни», Государственном Эрмитаже, Государственном историческом музее и Государственном музее изобразительных искусств им. А. С. Пушкина. Благодаря стандартной форме, клинописным надписям и символической иконографии они дают важные сведения об урартской царской власти, придворных ритуалах и политической идеологии. В статье дается новая оценка этих памятников с использованием палеографического, иконографического и контекстуального анализов, предлагаются их новые атрибуции конкретным правителям и подчеркивается роль этих объектов как функциональной посуды и как идеологического инструмента – предметов культа. Авторы также рассматривают гипотезу о том, что эти чаши, многие из которых были изготовлены ранее основания крепости на холме Кармир-Блур, были, вероятно, перенесены из другого центра, возможно, из столицы Тушпы, в конце VII в. до н.э. Тем самым можно предположить, что Тейшебаини (пусть и на короткое время) стал последним центром урартского государства. Таким образом, исследование кратко рассматривает роль крепости бога Тейшебы в заключительной главе истории Биа/Урарту и проливает свет на материальное выражение династической памяти в момент политического распада государства.
DOI: 10.7868/S3034577426030079
